Когда наши женщины стали носить брюки, кто превратил Брежнева в дэнди: тайное закулисье советской моды

Реклама

культура

Говорить о моде времен СССР можно бесконечно долго — более интересного периода в истории легкой промышленности нашей страны не существовало. Просто удивительно, как в годы, когда ничего не было и все запрещалось партией, небольшая группа людей смогла изменить в лучшую сторону облик не только советских женщин, но и власти, а соответственно всей страны. Этой группой людей были сотрудники Дома моделей во главе с Вячеславом Зайцевым.

Этой весной исполнилось ровно 75 лет с момента основания Общесоюзного Дома Моделей Одежды (ОДМО). Приказ о его создании в марте 1944 года подписал Иосиф Сталин. Так началась история советской фэшн-индустрии. Данного заведения уже нет и в помине — осталось лишь впечатляющее 5-этажное здание на Кузнецком мосту, которое долгие годы занимал люксовый универмаг Podium, а теперь там расположен спортивный магазин Reebok.

Многие из нас даже и не знают, что подобная организация когда-либо существовала, а между тем, она имела огромное значение — как в жизни тех, кто там работал, так и в истории легкой промышленности страны.

Дом под номером 14 был отдельным миром. Заплатив пять рублей за вход, туда мог попасть любой желающий — демонстрации новых моделей одежды проходили ежедневно с понедельника по пятницу.

В расписании значились три показа, и на каждом из них случался аншлаг. Подобный ажиотаж можно понять. Легкая промышленность того времени опиралась исключительно на ГОСТы, которые не подразумевали никакого разнообразия и предлагали населению ходить в весьма непримечательной одежде. А здесь — новые фасоны, интересные сочетания, яркие оттенки. О, дивный новый мир! О, сладкий запретный плод…

Заправлял всем Вячеслав Зайцев. К слову, кутюрье тоже не так давно отметил свой день рождения — этой весной маэстро исполнился 81 год. На публике он практически не появляется и в этом сезоне впервые за много лет не представил свою коллекцию на Mercedes-Benz Fashion Week Russia. Несмотря на это, ни сам модельер, ни его дело не забыто, что, безусловно, радует.

В ОДМО Зайцев был одним из главных людей, хоть и занимал не самую высокую должность художественного руководителя с окладом как у рядового инженера.

Но именно к нему на Кузнецкий мост приезжали министры и чиновники, ему плакались в клетчатую жилетку манекенщицы, лишившиеся шанса побывать за границей (сам кутюрье долгое время был невыездным — спасибо той самой власти, которую он обшивал). В конце концов, у него и только у него хотели одеваться все советские женщины!

Несмотря на подобную популярность и дружбу с нужными людьми, Зайцев не обладал полной свободой действия. Но где наша не пропадала? Да и настоящий художник, чтобы творить в полную силу, должен быть вечно голодным и со связанными руками. «Славочка» (скоро вы узнаете, кто из советских чиновников его так называл) питался хорошо — спасибо заботливым коллегам из швейного отдела, а вот свои креативные идеи воплощал через раз. И даже при таких ограничениях его вклад в развитие советской, а потом и российской моды неоценим.

Власть и мода

Со студенческих времен Вячеслав Зайцев был неравнодушен к русско-народным мотивам. Уже в своей первой полноценной коллекции — той, которую оценили журналисты французского журнала Paris Match, он представил разноцветные телогрейки, расшитые сарафаны и головные уборы, напоминающие кокошники. Яркая палитра и национальный колорит всегда были в творчестве модельера ключевыми. Но сегодня мы хотим рассказать о совсем не типичном для него наряде, тем не менее ставшим одним из самых известных в творческой биографии кутюрье. Речь идет о маленьком черном платье… Его Зайцев сшил для министра культуры СССР Екатерины Фурцевой.

Следуя заветам Коко Шанель, советский модельер создал для высокопоставленной заказчицы довольно простой наряд: аккуратная горловина, «правильная» длина до колена, не слишком обтягивающий, но и не болтающийся силуэт. Екатерина Алексеевна смотрелась в нем превосходно и, как вспоминала сама, чувствовала себя в его «объятиях» более чем комфортно.

Именно по этой причине она так любила появляться в нем на важных международных переговорах, где сразу же могли по достоинству оценить стильный внешний вид представительницы советской власти.

А еще Зайцев заставил Фурцеву проколоть уши, объяснив, что даме ее ранга нельзя появляться в обществе без бриллиантов. Она жутко сопротивлялась, но сдалась.

Высокопоставленная чиновница предпочитала шить на заказ, но ненавидела ездить на примерки. Вернее, не желала тратить на них свое драгоценное время. Как вспоминал в одном из интервью Зайцев, Фурцева всегда просила его: «Славочка, давай не дольше 15 минут, а лучше, если еще быстрее».

Если за стиль Екатерины Фурцевой отвечал Вячеслав Зайцев, то имидж Леонида Брежнева возложили на плечи Александра Игманда. Имя этого дизайнера несправедливо забыто, а меж тем на Западе именно его величали «русским Карденом».

Благодаря стараниям Игманда Брежнев стал выглядеть без преувеличения суперстильно. Костюмы теперь сидели без единого изъяна и залома, пуговиц на пиджаках всегда было три или четыре (и не штукой больше!), галстуки закупались импортные, а вот рубашки — свои родные, с фабрики «Большевичка». Леонид Ильич стал первым из руководителей страны, кто надел солнцезащитные очки!

Власть ценила таланты своего Отечества, во многом поддерживала, но все же держала на коротком поводке. Творческих людей, которым так важны новые идеи, так необходимо вдохновение, лишали главного — возможности выезжать за границу. Более того — им запрещали встречаться с иностранными журналистами, приезжавшими в СССР. Советское правительство боялось, что «враги» переманят отечественных талантов, а потому их прятали. На самом деле!

Слава Зайцев, например, каждый раз, когда в Дом моделей на Кузнецком мосту наведывалась очередная делегация, внезапно заболевал. Не по своей воле, а по приказу партии.

Услугами модельеров пользовались и жены чиновников. Их приезд на Кузнецкий мост обставлялся как настоящий прием — на целый день закрывался малый демонстрационный зал, в котором с раннего утра собирались лучшие манекенщицы, приглашались официанты, разносившие напитки и легкие закуски.

Супруги высокопоставленных лиц, обычно заказывавшие себе не меньше десятка нарядов за один визит, считали, что им позволено все и не отказывали себе в удовольствии кинуть что-нибудь нелицеприятное в адрес моделей, которые были моложе и красивее, чем они. Однажды Зайцев собрал девушек за кулисами и сообщил им: «Держите себя достойно! Не понимаете, что вы для них б**** в законе? Но оттого должны быть еще более недосягаемы!».

Обычные люди и мода

С обеспеченными заказчицами все понятно — для них находились лучшие ткани, заказывались специальные аксессуары, шилось все в единственном экземпляре. А как же модничали обычные женщины? Выше мы говорили, что в те годы фабрики строго следовали установленным ГОСТам, которые составляли люди, не имеющие представления о не то что стильной, но хотя бы красивой одежде.

Ситуацию пришлось брать в руки модельерам. И мы говорим сейчас не только про уже известных вам Зайцева и Игманда… Светлана Качарава, Тамара Мокеева, Юлия Денисова, Татьяна Осьмеркина, Наталия Орская — вот лишь некоторые из тех, кто был ответственен за стильные образы советских женщин. К большому сожалению, имена большинства из них неизвестны широкой публике. Да что уж говорить, не каждый работник модной индустрии вспомнит, о ком идет речь.

Вместе с портными ОДМО художники разрабатывали коллекции для 300 предприятий по всему СССР, а также проводили учебную работу с швеями и закройщиками.

Впрочем, ситуация выправлялась медленнее, чем того требовал поставленный план. В стране царил дефицит, и фабрики не могли в точности воплощать задумки столичных модельеров.

К ним то и дело телеграфировали жалобы: «Таких пуговиц нет, поменяйте, такую деталь не сошьем, упростите, с такой подкладкой получится дорого, измените», и так по каждой мелочи. Тканей в магазинах было достаточно, но выбрать что-то стоящее не представлялось возможным. Из-за очень плохих красителей материалы часто выглядели убого и печально. Художественная составляющая материи также не отличалась тонким мастерством. И все же постепенно модный облик жительниц СССР менялся.

На место цветастых «халатов» (а зачастую и в прямом смысле слова халатов!) пришли платья, юбки–годе и трикотажные водолазки, прозванные в народе «лапшой». Однотипный ассортимент обуви начал расширяться. Долгое время поставки туфель и сапог шли с Ереванской Обувной фабрики.

В середине 1960-х в моду вошла многослойность. 50 лет назад это фэшн-понятие подразумевало следующее — на блузки, рубашки или платья надевались жилеты, затем кардиганы или жакеты. На полках магазинов впервые появились туфли на шпильках (мало чем напоминающие современные) и платформе.

Женщинам наконец-то дали добро на то, чтобы носить брючные костюмы. Дикость, правда?

В те годы появление в брюках расценивалось как плевок всему обществу. Штаны можно было носить, только если вы шли в поход или катались на лыжах. Но выбрать брюки для прогулки, выхода в кино или на работы — ни в коем случае! К счастью, темные времена закончились, и представительницы прекрасного пола облачились в укороченные модели, которые в те годы модно было носить с изящными лодочками или балетками.

Законодательницами трендов стали не только манекенщицы, демонстрирующие стильные аутфиты на подиуме ОДМО, но и звезды эстрады. Они, к слову, тоже шили свои сценические костюмы на Кузнецком мосту, но по спецзаказу.

Влияние Общесоюзного Дома Моделей Одежды росло и крепло. Теперь уже ни у кого не было сомнений в том, что это главное фэшн-предприятие страны. Но случилось то, чего никто не ожидал. В начале восьмидесятых его стены покинул Вячеслав Зайцев. Дизайнер, устав от тотального контроля сверху, решил уйти в свободное плавание и открыть свой собственный бренд. В 1982-м он представил дебютную коллекцию под маркой Slava Zaitsev, а в 1986-м впервые выехал за границу в возрасте 48 лет…

Вслед за Зайцевым ОДМО покинули многие его коллеги — художники-модельеры, закройщики, искусствоведы. Одни продолжили свой путь в моде вместе с Вячеславом Михайловичем, другие подались в бизнес — на дворе стояли девяностые, люди выживали как могли.

В 2003 году наступил совсем не хэппи-энд — оставшиеся сотрудники Дома моделей были уволены, а здание продано. Так закончился один из самых ярких, творческих и плодотворных периодов в истории модной индустрии нашей страны. Сможет ли современное поколение дизайнеров оставить столь же заметный след? Пока на этот вопрос лично у нас нет ответа.  

Let’s block ads! (Why?)

Источник